Реорганизация унитарного предприятия: когда передаточный акт может быть признан ничтожной сделкой? - sudpraktika
Споры в области экономической несостоятельности (банкротства)

Реорганизация унитарного предприятия: когда передаточный акт может быть признан ничтожной сделкой?

При преобразовании юридического лица одного вида в юридическое лицо другого вида к вновь возникшему юридическому лицу переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с передаточным актом. Вместе с тем для перехода права собственности на имущество при реорганизации юридического лица необходимо наличие этого права у реорганизуемого лица.

Мацюк Юлия

Юрист Arzinger Law Offices

(Дело № 65-2/2019/5А/243К)

Обстоятельства дела

За торговым УП «О» на праве хозяйственного ведения было закреплено изолированное помещение (складское помещение) площадью 697,7 кв. м в капитальном строении на земельном участке площадью 0,7006 га (далее — изолированное помещение). Учредителем и собственником имущества УП «О» являлось ООО «С», которое обладало правом собственности на данное изолированное помещение, что подтверждалось свидетельством о государственной регистрации от 11.10.2013.

Справочно. 
В соответствии с п. 1 ст. 113 ГК унитарным предприятием признается коммерческая организация, не наделенная правом собственности на закрепленное за ней собственником имущество.

ООО «С» в порядке реализации своих полномочий было принято решение о реорганизации УП «О» в виде преобразования в ООО «О», которое было оформлено протоколом общего собрания участников общества от 18.02.2015 и содержало решение о составлении передаточного акта о переходе прав и обязанностей с учетом требований, предусмотренных п. 5 ст. 54 ГК (за исключением прав и обязанностей, которые не могут принадлежать возникшему юридическому лицу).

Справочно.
Положениями ст. 129 ГК предусмотрена возможность свободного отчуждения или перехода от одного лица к другому объектов гражданских прав в порядке универсального правопреемства, в том числе при реорганизации юридического лица.

Передаточный акт был составлен 24.02.2015 и подписан двумя сторонами: УП «О» в лице его директора (реорганизуемое лицо) и ООО «О» в лице его учредителя П. (вновь создаваемое юридическое лицо, принимающее имущество). Директор УП «О» и учредитель ООО «О» П. одновременно являлись учредителями ООО «С» (собственника имущества унитарного предприятия).

В последующем ООО «С» оспорило передачу изолированного помещения в адрес ООО «О» в суде, заявив требование об установлении факта ничтожности сделки по передаче права собственности на изолированное помещение.

Решение суда первой инстанции

Экономический суд Брестской области удовлетворил требования ООО «С» (далее — истец) к ООО «О» (далее — ответчик, заявитель кассационной жалобы), установив факт ничтожности сделки по передаче права собственности на изолированное помещение.

Апелляционная инстанция экономического суда Брестской области решение суда первой инстанции оставила без изменения.

Позиция заявителя кассационной жалобы

ООО «О» обратилось с кассационной жалобой на вынесенные судом постановления, в которой просило их отменить, принять дело к производству Верховного Суда Республики Беларусь и вынести новое постановление, которым отказать в удовлетворении заявленного требования.

Заявитель кассационной жалобы указал на неправильное применение судом норм материального права, неприменение законодательства, подлежащего применению, неправильное истолкование законодательства. В результате суд пришел к неверному выводу о том, что передаточный акт, оформляемый в процессе реорганизации в форме преобразования, является сделкой и что эта сделка ничтожна в силу ее несоответствия п. 5 ст. 54 ГК.

Справочно.
При преобразовании юридического лица одного вида в юридическое лицо другого вида (изменение организационно-правовой формы) к вновь возникшему юридическому лицу переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с передаточным актом, за исключением прав и обязанностей, которые не могут принадлежать возникшему юридическому лицу (п. 5 ст. 54 ГК).

По мнению заявителя кассационной жалобы, суд необоснованно согласился с доводами истца о том, что передача права собственности от унитарного предприятия к обществу с ограниченной ответственностью, оформленная передаточным актом, ничтожна в силу того, что унитарное предприятие правом собственности на имущество не обладает.

ООО «О» оспаривало также выводы суда об отсутствии утверждения передаточного акта собственником имущества унитарного предприятия ООО «С» и, ссылаясь на п. 1 ст. 129 ГК, указывало на то, что ответчик приобрел право собственности на изолированное помещение в процессе реорганизации по передаточному акту, что является самостоятельным основанием возникновения гражданских прав, не относящимся к категории сделок.

Позиция истца

ООО «С» указывало на необоснованность кассационной жалобы, ссылаясь на отсутствие утверждения ООО «С» передаточного акта от 24.02.2015, незаконность доводов кассатора о переходе права собственности в порядке универсального правопреемства.

Позиция суда кассационной инстанции

Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций с учетом установленных обстоятельств совершения истцом и ответчиком действий, связанных с приобретением, обременением и переходом права собственности на недвижимое имущество, имевшими место созданием и реорганизацией юридического лица и последствиями оформления документов, предусмотренных в процедуре реорганизации, пришли к выводу об оценке передаточного акта от 24.02.2015 как сделки, которая не соответствует требованиям п. 5 ст. 54 ГК.

Суд кассационной инстанции согласился с указанными выводами ввиду следующего.

На основании п. 2 ст. 219 ГК в случае реорганизации юридического лица право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит к юридическим лицам — правопреемникам реорганизованного юридического лица (ст. 54). При этом для перехода права собственности на имущество при реорганизации юридического лица необходимо наличие этого права у реорганизуемого лица. Рассматриваемое условие в данном случае при реорганизации УП «О» в отношении изолированного помещения соблюдено не было.

Как предусмотрено п. 2 ст. 55 ГК, передаточный акт утверждается собственником имущества (учредителями, участниками) юридического лица или органом, принявшими решение о реорганизации юридического лица.

В передаточном акте от 24.02.2015 отсутствовали сведения об утверждении его надлежащим образом. При этом доводы ответчика о подписании акта со стороны УП «О» В., как директором предприятия, а со стороны ООО «О» — П., как учредителем принимающего имущество общества, которые одновременно являлись учредителями ООО «С», правомерно не были приняты судом как доказательства утверждения акта в порядке, установленном п. 2 ст. 55 ГК.

Факт наличия у В. и П. статуса учредителей ООО «С» сторонами не оспаривался. Права и обязанности учредителей общества определены ст. 13 Закона Республики Беларусь от 09.12.1992 № 2020-XII «О хозяйственных обществах». Реализация прав учредителей осуществляется путем их участия в собрании участников общества.

Как следует из передаточного акта, статус указанных выше лиц при его оформлении определен как статус представителей соответствующих юридических лиц. Таким образом, рассматриваемый акт выражает волеизъявление данных лиц как представителей юридического лица. Распространение их волеизъявления в качестве представителей юридических лиц на волеизъявление ООО «С» по признаку совпадения физических лиц юридически необоснованно.

Из заявления о государственной регистрации ООО «О» от 10.03.2015 усматривается, что в качестве основных представленных документов выступали решение о реорганизации от 18.02.2015 — в подтверждение принятия соответствующего решения о судьбе юридического лица, передаточный акт от 24.02.2015 — в подтверждение перехода прав на изолированное помещение, и инвентаризационная опись от 24.02.2015, как документ, подтверждающий, что изолированное помещение входило в состав имущества, переданного образовавшемуся в результате реорганизации юридическому лицу.

В этой связи выводы судебных инстанций в части правовой природы передаточного акта от 24.02.2015 как сделки основаны на системном толковании ст. 154 ГК с учетом фактических последствий совершения рассматриваемого документа — регистрации перехода права собственности. 

Доказательств принятия ООО «С» решений об отчуждении спорного имущества, переходе права на него, внесению его в уставный фонд реорганизованного юридического лица в отношении изолированного помещения на 24.02.2015, а также на дату регистрации перехода права собственности в материалы дела не представлено.


Выводы автора

Статья 154 ГК под сделкой понимает действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

При преобразовании юридического лица одного вида в юридическое лицо другого вида (изменение организационно-правовой формы) к вновь возникшему юридическому лицу переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с передаточным актом, за исключением прав и обязанностей, которые не могут принадлежать возникшему юридическому лицу (п. 5 ст. 54 ГК).

Таким образом, передаточный акт направлен на прекращение прав и обязанностей реорганизуемого юридического лица и возникновение этих прав и обязанностей у вновь создаваемого юридического лица, а следовательно, правомерно назван судом сделкой. 

В силу п. 5 ст. 54 ГК к вновь создаваемому юридическому лицу могут перейти только те права и обязанности, которые есть у реорганизуемого юридического лица. 

Унитарным предприятием признается коммерческая организация, не наделенная правом собственности на закрепленное за ней собственником имущество (п. 1 ст. 113 ГК). Имущество унитарного предприятия принадлежит ему не на праве собственности, а на праве хозяйственного ведения (ч. 1 п. 1 ст. 113, п. 1 ст. 114 ГК). В рассматриваемой ситуации изолированное помещение, находившееся на праве хозяйственного ведения у УП «О», принадлежало на праве собственности ООО «С», которое создало УП «О», что соответствует требованиям ч. 6 п. 2 ст. 113 ГК.

Право хозяйственного ведения прекращается по основаниям и в порядке, предусмотренным законодательством для прекращения права собственности, а также в случаях правомерного изъятия имущества у юридического лица по решению собственника (п. 3 ст. 280 ГК).

При реорганизации унитарного предприятия в хозяйственное общество по решению учредителя унитарного предприятия в случае, когда имущество было внесено в уставный фонд унитарного предприятия, происходит прекращение права хозяйственного ведения и переход права собственности от учредителя унитарного предприятия к вновь образованному обществу. А в случае, когда имущество не было внесено в уставный фонд унитарного предприятия, вопрос о судьбе имущества решается его собственником — учредителем унитарного предприятия (ч. 2 п. 9 постановления Президиума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 17.12.2007 № 82 «Об отдельных вопросах практики применения хозяйственными судами законодательства о государственной регистрации недвижимого имущества, прав на него и сделок с ним»).

Как следовало поступить собственнику имущества унитарного предприятия при его реорганизации в форме преобразования в общество с ограниченной ответственностью?

1. Если имущество внесено в уставный фонд, то при преобразовании унитарного предприятия в общество с ограниченной ответственностью право хозяйственного ведения на имущество, переданное в уставный фонд унитарного предприятия, прекращается, поскольку такое право не может быть передано от унитарного предприятия к обществу с ограниченной ответственностью по передаточному акту в силу п. 5 ст. 54 ГК. В таком случае решение о передаче вновь создаваемому юридическому лицу имущества, на которое право хозяйственного ведения у реорганизуемого унитарного предприятия прекратилось, должно быть принято самим собственником.

В случае, когда учредителем (собственником имущества) унитарного предприятия является общество с ограниченной ответственностью, решение о передаче новому юридическому лицу имущества, принадлежащего этому учредителю (собственнику), в качестве вклада в уставный фонд нового юридического лица должно быть принято в соответствии с уставом учредителя (собственника имущества) и оформлено протоколом общего собрания участников этого общества, из которого будет явно следовать, что это имущество передается в собственность нового юридического лица в качестве вклада в его уставный фонд.

Из постановления кассационной инстанции следует, что ООО «С» было принято решение о реорганизации им УП «О» в виде преобразования и о составлении передаточного акта. При этом доказательств принятия общим собранием участников ООО «С» решения о передаче изолированного помещения в качестве вклада в уставный фонд вновь создаваемого общества суду представлено не было, из чего можно сделать вывод, что решение собственника имущества ООО «С» о передаче изолированного помещения в собственность вновь создаваемого ООО «О» отсутствовало.

2. Если имущество не было внесено в уставный фонд, а было предоставлено УП «О» на праве хозяйственного ведения, например, для целей использования в хозяйственной деятельности, то при преобразовании УП «О» в ООО «О» собственнику этого имущества ООО «С» следовало изъять данное имущество из хозяйственного ведения УП «О» в порядке, предусмотренном уставом (и если такой случай изъятия допускается уставом), в соответствии с абз. 7 п. 6 ст. 113 ГК.

Доказательств правомерного изъятия собственником имущества ООО «С» изолированного помещения у УП «О» в порядке и в случаях, предусмотренных уставом, и последующего его внесения в качестве вклада в уставный фонд ООО «О» суду также представлено не было. В связи с этим суд правомерно пришел к выводу, что передача изолированного помещения от УП «О» к ООО «О», оформленная путем подписания передаточного акта, является ничтожной сделкой.

Рекомендации собственникам имущества унитарных предприятий:
1. Четко прописать в уставе унитарного предприятия случаи и порядок, когда собственник имущества данного предприятия вправе изъять у предприятия имущество, ранее переданное им в хозяйственное ведение этого предприятия.
2. В случае реорганизации унитарного предприятия оформлять решение о передаче вновь создаваемому юридическому лицу имущества, которое было внесено в уставный фонд унитарного предприятия либо передано ему в хозяйственное ведение для использования в хозяйственной деятельности, не в виде передаточного акта, а в виде решения общего собрания участников (акционеров) (когда собственником имущества унитарного предприятия является хозяйственное общество) или в виде письменного решения физического лица, которому передаваемое в процессе реорганизации имущество принадлежит на праве собственности.

ЭКСПЕРТНОЕ МНЕНИЕ: Максим Слепич, юрист

В науке гражданского права одним из наиболее дискуссионных вопросов является проблема понимания универсального правопреемства в качестве базисного признака реорганизации, что вытекает из осмысления преобразования как отдельной формы реорганизации.
Для возникновения юридических последствий при реорганизации в форме преобразования необходим не один юридический факт, а их совокупность (решение общего собрания участников, определение объема правопреемства, составление передаточного акта (применительно к преобразованию) и его утверждение, административный акт (регистрация преобразования уполномоченным органом).
Анализируя комплекс юридических фактов, являющихся содержанием любой реорганизации, а также по смыслу ст. 53 и 54 ГК, можно прийти к выводу, что реорганизация не состоит из сделок, которые могут быть оспорены, а является совокупностью указанных в законе действий.
Всякая сделка является действием, однако не всякое действие можно назвать сделкой. Для этого действие должно быть направлено на возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, как того требует ст. 154 ГК. Соответственно, по правилам о недействительности сделок, закрепленным в § 2 главы 9 ГК, действия оспариваться не могут.
Действия по составлению и утверждению передаточного акта в рамках процедуры реорганизации в форме преобразования не могут являться сделкой, поскольку сами по себе они не влекут прекращение или возникновение, а также изменение прав и обязанностей (без завершения всей процедуры реорганизации в форме преобразования).
По нашему мнению, составление и утверждение передаточного акта представляет собой один из юридических актов-действий, направленных на достижение определенного юридического результата и являющихся лишь частью сложного юридического состава. Составление и утверждение передаточного акта следует рассматривать в качестве юридического акта, требуемого для действительности государственной регистрации факта реорганизации. При этом составление и утверждение передаточного акта является лишь выражением воли юридического лица, принявшего решение о реорганизации УП в ООО, не порождает правовых последствий само по себе, а является лишь одним из условий действительности реорганизации в форме преобразования.
Признание ничтожными каких-либо действий, хотя и влекущих правовые последствия, но не являющихся по своей правовой природе сделками, на основании ст. 169 ГК невозможно. То есть передаточный акт, составленный в рамках процедуры реорганизации в форме преобразования, не может быть признан недействительной сделкой по причине несоответствия ее требованиям законодательства, поскольку передаточный акт, по мнению автора, не является сделкой, а представляет собой юридический факт-действие, выражающее волю юридического лица, принявшего решение о реорганизации УП в ООО.
По нашему мнению, надлежащим способом защиты, обеспечивающим восстановление нарушенных прав, является предъявление требований о признании недействительной самой реорганизации и о применении последствий ее недействительности, в том числе в виде восстановления в ЕГР юридического лица, которое было преобразовано с нарушением законодательства.

ЭКСПЕРТНОЕ МНЕНИЕ: Андрей ТОЛОЧКО, руководитель практики разрешения административных  и корпоративных споров, адвокат адвокатского бюро «РЕВЕРА»; Андрей Лойша, помощник адвоката адвокатского бюро «РЕВЕРА»

Вышеуказанное судебное постановление отражает подход судебной практики о возможности квалификации передаточного акта в качестве сделки, следствием чего, в свою очередь, является тот факт, что сделки, оформленные передаточным актом, могут быть признаны недействительными по основаниям, установленным ГК или иными законодательными актами. Важно отметить, что суд, осуществляя квалификацию конкретных действий в качестве сделки, исходит из их фактических и правовых последствий, то есть оценивает, повлекли ли они установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Ввиду того, что право собственности на изолированное помещение не принадлежало УП «О», данное право и не могло быть передано возникшему юридическому лицу — ООО «О», в связи с чем судом был установлен факт ничтожности сделки на основании ст. 169 ГК (как не соответствующей требованиям п. 5 ст. 54 ГК).
Касательно утверждения передаточного акта директором УП «О» В. и учредителем ООО «О» П., которые также являлись учредителями ООО «С», отметим, что выражение воли учредителями ООО «С» не может подтверждать выражение воли непосредственно ООО «С» (собственника имущества УП «О»), являющегося отдельным субъектом гражданско-правовых отношений и от имени которого вправе действовать уполномоченные лица. В связи с этим суд и пришел к выводу о том, что передаточный акт не был утвержден в порядке, предусмотренном п. 2 ст. 55 ГК.

Последнее
по теме
Мы готовы экономить ваше время и для вашего удобства подготовили календарь мероприятий, которые стоит посетить!