Споры по договорам поставки (купли-продажи)

Нельзя требовать возврата имущества, если заявлено требование о возврате его оплаченной стоимости

Коллегия отказала в удовлетворении жалобы. Если  продавец воспользовался своим правом на взыскание стоимости неоплаченного товара, то он не имеет права требовать возврата товара при неисполнении решения.

Обновлено

Дело № 287-25/2018/1100А/1473К

Экономический суд г. Минска отказал ИООО «А» (истец, поставщик) в удовлетворении исковых требований к ООО «Л» (ответчик, покупатель по сделке с ИООО «А») и ЧУП «Р» об установлении факта ничтожности договора купли-продажи, заключенного между ООО «Л» (продавец по сделке с ЧУП «Р») и ЧУП «Р» (покупатель по сделке с ООО «Л»).

В кассационной жалобе ИООО «А» просит удовлетворить заявленные исковые требования, ссылаясь на то, что судом неправильно применены нормы материального права, в частности статьи 456, 461 ГК, а также сделаны неверные выводы об основаниях приобретения и утраты права собственности на товар.

По его мнению, взыскание с ООО «Л» в его пользу задолженности за поставленный товар не является фактом полной оплаты товара покупателем и не может быть основанием перехода права собственности на товар от ИООО «А» к ООО «Л», так как в законодательстве отсутствует норма, в силу которой продавец, реализовав свое право на предъявление требований об оплате товара в суд и получив их удовлетворение, приобрел имущественное право требования к должнику, но при этом утратил имущественные права в отношении предмета договора поставки.

Коллегия отказала в удовлетворении жалобы. Поскольку продавцу предоставлена законом возможность выбора способа защиты своего нарушенного права — требовать оплаты либо возврата товара — и эта возможность не ставится в зависимость от момента перехода права собственности на проданный товар, то законными и обоснованными являются выводы суда о том, что на момент совершения оспариваемой сделки ИООО «А», как продавец, потребовавший оплаты товара, утратило имущественные права в отношении предмета договора поставки (товара), в том числе право требовать его возврата от покупателя.

Как установлено судом и следует из материалов дела, предметом иска являлись требования ИООО «А» к ООО «Л» и ЧУП «Р» (первое реализовало второму имущество, приобретенное у ИООО «А» — примеч. ред.) об установлении факта ничтожности договора купли-продажи по основаниям статей 169, 214 ГК.

Возражая против удовлетворения иска, ответчик — ООО «Л» — указал, что право собственности истца на товар, поставленный по оспариваемой сделке, было прекращено в момент вступления в законную силу решения экономического суда Минской области о взыскании в пользу ИООО «А» задолженности за поставленный товар, процентов за пользование чужими денежными средствами (проценты) и пени.

Не признав заявленных требований, ЧУП «Р» указало, что является добросовестным приобретателем товара по оспариваемому договору. По его мнению, отсутствует правовое и документальное подтверждение того, что оспариваемая сделка была совершена в отношении товара, являющегося предметом иной сделки — договора поставки, заключенного между ИООО «А» и ООО «Л».

Экономический суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленных требований: реализовав свое право на предъявление требования об оплате товара, пени и процентов и получив их удовлетворение в судебном порядке, истец утратил имущественные права в отношении предмета договора поставки (апелляционная инстанция согласилась с данными выводами).

Судебная коллегия по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь считает выводы суда правильными, основанными на материалах дела и нормах действующего законодательства.

Из материалов дела усматривается, что между ИООО «А» (поставщик) и ООО «Л» (покупатель) был заключен договор поставки № 08/14/ВСТ от 31.01.2014, по условиям которого поставщик обязался передать, а покупатель принять и оплатить товар — комплекс складской стеллажной системы. По товарной накладной товар был передан покупателю.

В соответствии с пунктом 1 вышеуказанного договора стороны согласовали рассрочку оплаты товара равными частями в течение шести месяцев с 01.02.2014 по 30.07.2014.

В пункте 2 договора № 08/14/ВСТ сторонами предусмотрено, что право собственности на товар сохраняется за поставщиком до полной оплаты товара.

Решением экономического суда Минской области удовлетворены исковые требования ИООО «А» к ООО «Л» о взыскании задолженности по оплате товара, процентов и пени по договору № 08/14/ВСТ (решение вступило в законную силу).

06.08.2015 между ООО «Л» (продавец) и ТЭЧУП «Р» (покупатель) был заключен договор купли-продажи № 06/08, согласно условиям которого продавец обязался передать в собственность покупателя оборудование.

Указывая, что товар по договору № 06/08 и товар по договору № 08/14/ВСТ является одним и тем же товаром, который в связи с неполной его оплатой со стороны ООО «Л» принадлежит ИООО «А» на праве собственности, истец, как собственник имущества, который согласия на отчуждение имущества другому лицу не давал, обратился с иском в суд.

В соответствии со ст. 169 ГК сделка, не соответствующая требованиям законодательства, ничтожна <...>. Согласно п. 2 ст. 219 ГК право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. Отчуждение имущества другому лицу помимо воли собственника не допускается, кроме случаев, предусмотренных законодательством.

Анализ законодательства (ст. 456, 459, 461 ГК), касающегося последствий ненадлежащего исполнения покупателем обязательств по оплате переданного товара и права собственности на переданный покупателю товар, привел суд к правомерному выводу о том, что ИООО «А» до даты совершения оспариваемой сделки воспользовалось предусмотренным в пункте 3 статьи 456 ГК правом продавца при неоплате покупателем товара и взыскало с ООО «Л» по договору № 08/14/ВСТ задолженность по оплате товара. Материалами дела подтверждается и не оспаривается сторонами, что данное решение суда частично исполнено.

При этом, учитывая предусмотренную договором рассрочку оплаты товара, ИООО «А» не воспользовалось своим правом в соответствии со ст. 459 ГК требования возврата товара при отказе от исполнения договора.

Поскольку продавцу предоставлена законом возможность выбора способа защиты своего нарушенного права — требовать оплаты либо возврата товара — и эта возможность не ставится в зависимость от момента перехода права собственности на проданный товар, так как условие договора о сохранении права собственности имеет цель прежде всего обеспечить исполнение обязательств покупателя по оплате товара, то законными и обоснованными являются выводы суда о том, что на момент совершения оспариваемой сделки ИООО «А», как продавец, потребовавший оплаты товара, утратило имущественные права в отношении предмета договора поставки (товара), в том числе право требовать его возврата от покупателя.

На основании вышеизложенного, учитывая, что на дату совершения оспариваемой сделки отсутствовали предусмотренные законодательством ограничения по распоряжению ООО «Л» товаром, полученным по договору № 08/14/ВСТ, то правомерными являются выводы суда об отказе в удовлетворении заявленных ИООО «А» требований к ООО «Л» и ЧУП «Р» об установлении факта ничтожности договора купли-продажи № 06/08.

Комментарий редакции:

Довольно любопытное дело не только в части отказа в признании договора ничтожным. Коллегия фактически указала, что использование одного способа защиты (взыскание стоимости имущества) исключает использование другого (возврат имущества). Таким образом, стороне нужно выбирать меньшее из двух зол: ждать, когда будет исполнено решение суда, или потребовать возврата товара. Вместе с тем стоит учитывать и интерес лица, приобретшего имущество: если использовать 2 способа защиты, то оно, во-первых, лишится имущества, а во-вторых, будет вынуждено заплатить кредитору его стоимость, включая штрафные санкции.