Установление в договоре иных способов обеспечения исполнения обязательств: практика МАС при БелТПП

Белорусские субъекты могут использовать для обеспечения исполнения обязательств по внешнеторговому договору не только напрямую предусмотренные в белорусском праве способы обеспечения исполнения обязательств (например, неустойку, залог, поручительство), но и те способы, которые напрямую белорусским правом не предусмотрены, но и не противоречат ему. Рассмотрим спор, стороны которого предусмотрели в договоре такой способ обеспечения исполнения обязательств, как оплата заранее оцененных убытков.

Функ Ян
Функ Ян

Председатель Международного арбитражного суда при БелТПП, доктор юридических наук, профессор БГУ

Перерва Инна
Перерва Инна

Кандидат юридических наук, начальник информационно-консультационного центра МАС при БелТПП

В соответствии с п. 1 ст. 310 ГК исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, гарантией, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законодательством или договором.

Национальный белорусский законодатель не только по внешнеторговым договорам, но даже и по внутринациональным договорам допускает возможность согласования сторонами в договорах, не урегулированных в законодательстве, но и не противоречащих ему, способов обеспечения исполнения обязательства. 

Одним из таких способов могут выступать и предусмотренные в правовых системах иных государств заранее оцененные убытки.

Во внешнеторговом договоре, к которому применяется белорусское право, с участием белорусского субъекта и субъекта, подъюрисдикционного праву государства, не входящего в английскую правовую семью, может быть предусмотрено, что за неисполнение или ненадлежащее исполнение взятого на себя соответствующей стороной обязательства могут взыскиваться заранее оцененные убытки. 

Несмотря на то, что белорусское право «не знает» ни такого способа обеспечения исполнения обязательств, ни такой меры гражданско-правовой ответственности, как заранее оцененные убытки, это не мешает принудительно, то есть на основе решения суда (арбитражного суда), такие убытки взыскать, не применяя при их оценке по аналогии (п. 1 ст. 5 ГК) нормы, регламентирующие неустойку, а исходя из того, что в полном соответствии со ст. 310 ГК заранее оцененные убытки — это договорный способ обеспечения исполнения обязательств. 

В связи с указанным, если стороны в договоре точно определили сумму заранее оцененных убытков и указали, что такая сумма не может быть ни увеличена, ни уменьшена арбитражным судом, арбитражный суд должен руководствоваться прежде всего волей сторон договора и предназначенную ко взысканию сумму заранее оцененных убытков не увеличивать и не уменьшать, так как воля сторон договора в данном случае имеет под собой надлежащую правовую основу в виде возможности сторон договора по своему усмотрению обеспечивать исполнение обязательств так, как они считают это необходимым. 

В качестве примера вышеизложенного приведем дело, разрешенное МАС при БелТПП по иску открытого акционерного общества «А» (Республика Беларусь) (далее — истец) к закрытому акционерному обществу «В» (Российская Федерация) (далее — ответчик). 

Обстоятельства дела

В августе 2017 г. стороны заключили договор, в соответствии с п. 1.1 которого ответчик принял на себя обязательство поставить истцу товар по наименованию, в количестве и комплектации согласно спецификациям, являющимся неотъемлемой частью договора. Истец должен был принять и оплатить данный товар. 

В п. 9.2 договора указывалось, что «в случае возникновения вопросов, не нашедших прямого отражения в данном договоре, к правоотношениям сторон применяется материальное право Республики Беларусь». 

В п. 2.14 договора содержалось положение о том, что поставка товара осуществляется только при наличии согласованной технической документации. 

В этом же пункте договора указывалось, что ответчик обязуется предоставить на согласование истцу или третьему лицу по письменному поручению истца комплект технической документации на товар в течение 30 календарных дней с момента подписания договора. Истец или третье лицо по поручению истца в течение 14 календарных дней от даты получения комплекта технической документации на товар выдает свое письменное заключение по согласуемой документации. 

В случае, если истец или третье лицо по поручению истца согласует документацию в срок, превышающий 14 календарных дней, срок поставки продлевается на срок согласования, превысивший 14 календарных дней с момента получения технической документации. 

Согласно п. 4.1 договора срок поставки товара составляет 5 месяцев от даты подписания договора обеими сторонами. 

В п. 4.2 договора содержалось положение о том, что поставка товара осуществляется автомобильным транспортом на условиях DAP белорусский город согласно Инкотермс-2010. 

В соответствии с п. 4.5 договора в редакции дополнительного соглашения от 04.12.2018 датой поставки товара считается дата его поступления на склад истца (отметка в CMR-накладной). 

Состав суда установил, что датой поставки товара является дата его поступления на склад истца, что имело место 05.12.2018 согласно CMR-накладной. 

Поскольку предусмотренное п. 2.14 договора согласование технической документации получено позднее предусмотренного в нем срока, согласованной сторонами датой поставки является 11.06.2018. 

В п. 7.1 договора содержалось положение о том, что в случае поставки товара позднее согласованного срока ответчик выплачивает истцу сумму заранее оцененных убытков, рассчитываемую следующим образом: 0,5 % от стоимости товаров, в отношении которых имеет место задержка поставки, за каждую полную календарную неделю такой задержки. 

В этом же пункте договора указывалось, что сумма подлежащих уплате заранее оцененных убытков не может быть увеличена или уменьшена в арбитражном порядке. 

Позиция истца

Из искового заявления следовало, что сумма заранее оцененных убытков за просрочку в поставке товара на сумму 470 750,00 евро за период с 11.06.2018 по 05.12.2018 в количестве 25 недель составляет 58 843,75 евро, исходя из следующего расчета: 470 750,00 евро х 0,5 % х 25 = 58 843,75 евро. 

Вместе с тем с учетом установленного п. 7.2 договора ограничения сумма заранее оцененных убытков не может превышать 5 % от общей стоимости договора, то есть 23 537,5 (470 750,00 евро х 5 %) евро. 

Соответственно, истец просил в исковом заявлении взыскать с ответчика заранее оцененные убытки в сумме 23 537,5 евро. 

Позиция ответчика

Ответчик просил отказать в удовлетворении требования о взыскании убытков, которое, по его мнению, не доказано. Основываясь на положениях ст. 14 и 364 ГК, ответчик полагал, что для реализации права на возмещение убытков истец должен доказать наличие одновременно следующих условий: наличие убытков, их размер, противоправность поведения ответчика, причинно-следственную связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащим исполнением обязанностей ответчиком. Если установленные п. 7.1 договора заранее оцененные убытки трактовать как неустойку, то ответчик на основании ст. 314 ГК просит снизить ее размер до 2353,75 евро. 

Решение суда

Оценивая правовую природу заявленного истцом требования, состав суда отметил, что в п. 7.1 договора стороны установили особый способ обеспечения исполнения обязательств ответчика по договору — оплату заранее оцененных убытков. 

В соответствии с п. 1 ст. 310 ГК исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, гарантией, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законодательством или договором.

Состав суда указал, что право Республики Беларусь разрешает соглашением сторон договора устанавливать не определенные напрямую в законодательстве Республики Беларусь способы обеспечения исполнения обязательств, что и сделали истец и ответчик в договоре. 

На основании вышеизложенного состав суда пришел к выводу о том, что требование истца о взыскании с ответчика заранее оцененных убытков с учетом установленного п. 7.2 договора ограничения в сумме 23 537,5 евро является обоснованным и подлежит удовлетворению.

Последнее
по теме