Реорганизация должника: основания и порядок оспаривания кредитором - sudpraktika
Споры в области экономической несостоятельности (банкротства)

Реорганизация должника: основания и порядок оспаривания кредитором

При реорганизации юридическое лицо, имеющее неисполненные договорные обязательства, должно учитывать не только процедурные формальности, но и права и охраняемые законом интересы своих кредиторов. Судебная практика показывает неоднозначный подход к вопросу о привлечении должников, осуществивших реорганизацию с нарушениями, к гражданско-правовой ответственности.

В настоящей статье на примере двух судебных дел предлагаются рекомендации кредиторам по защите своих прав при реорганизации должников.

(Дело № 190-2/2018/1447А/71К)

Обстоятельства дела

Из ЗАО «В» путем реорганизации в форме выделения было создано ЗАО «С». Государственная регистрация ЗАО «С» была осуществлена Мингорисполкомом. После этого были проведены еще две реорганизации: ЗАО «В» было присоединено к ООО «П», а последнее, в свою очередь, к УП «А».

У ЗАО «В» перед реорганизацией имелась непогашенная задолженность перед индивидуальным предпринимателем И. (далее — истец) по договору аренды имущества в сумме более 12 012 руб. Несмотря на это, ЗАО «В» не известило истца как кредитора о предстоящей реорганизации в форме выделения ЗАО «С».

Истец обратился в экономический суд г. Минска с иском к УП «А» и Мингорисполкому о признании недействительной государственной регистрации ЗАО «С».

Позиция истца

В исковом заявлении истец ссылался на то, что оспариваемая государственная регистрация была осуществлена на заведомо ложных сведениях.

Положение о государственной регистрации субъектов хозяйствования, утвержденное Декретом Президента Республики Беларусь от 16.01.2009 № 1 (далее — Положение о государственной регистрации), не содержит запрета на обращение кредиторов, чьи права и законные интересы нарушены в результате государственной регистрации субъектов хозяйствования, с иском о признании недействительной государственной регистрации субъектов хозяйствования.

В соответствии со ст. 56 ГК реорганизуемое юридическое лицо или орган, принявший решение о реорганизации юридического лица, обязаны письменно уведомить об этом кредиторов реорганизуемого лица, которые вправе потребовать прекращения или досрочного исполнения обязательства, должником по которому является это юридическое лицо, и возмещения убытков.

ЗАО «В» не уведомило истца о своей реорганизации, что лишило того возможности предъявить соответствующие требования к ЗАО «В».

Кроме того, по мнению УДФР КГК (письмо от 25.05.2018), реорганизация ЗАО «В» была осуществлена в целях уклонения от погашения кредиторской задолженности, а разделительный баланс нарушает принцип справедливого разделения активов и обязательств реорганизуемого общества перед его правопреемниками, приводящий к ущемлению интересов кредиторов.

По мнению истца, причиненный ему ущерб выражается в том числе в непаритетном распределении активов и обязательств между ЗАО «В» и ЗАО «С».

Позиция суда первой инстанции

Экономический суд г. Минска удовлетворил исковые требования истца, государственная регистрация ЗАО «С» была признана недействительной.

По мнению суда, при осуществлении государственной регистрации ЗАО «С» в регистрирующий орган были представлены заведомо ложные сведения о соблюдении порядка создания юридического лица, выразившиеся в неуведомлении кредитора реорганизуемого юридического лица о реорганизации. В результате истец был лишен права потребовать досрочного исполнения либо прекращения обязательства.

Суд усмотрел со стороны ЗАО «В» злоупотребление правом на реорганизацию с целью уклонения от расчетов с истцом и причинение произведенной государственной регистрацией ущерба имущественным интересам истца.

Позиция суда апелляционной инстанции

Апелляционная инстанция экономического суда г. Минска своим постановлением отменила решение суда первой инстанции и постановила отказать в удовлетворении иска на том основании, что истец не относится к лицам, имеющим право на обращение в суд с требованием о признании государственной регистрации субъекта хозяйствования недействительной в связи с представлением в регистрирующий орган заведомо ложных сведений.

Кроме того, оспариваемой регистрацией не были нарушены права и законные интересы истца, поскольку решением экономического суда г. Минска по другому делу имеющаяся перед истцом задолженность ЗАО «В» в размере 12 012 руб. была взыскана с ООО «П», так как обязательство перед истцом по договору аренды имущества ЗАО «С» передано не было (осталось за ЗАО «В»).

Позиция суда кассационной инстанции

Судебная коллегия по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь оставила решение суда апелляционной инстанции в силе по следующим основаниям.

Согласно ч. 5 п. 24 Положения о государственной регистрации осуществление (неосуществление) регистрирующим органом государственной регистрации субъектов хозяйствования, внесение изменений и (или) дополнений в учредительные документы юридических лиц, изменений в свидетельства о государственной регистрации индивидуальных предпринимателей могут быть обжалованы в суде, рассматривающем экономические дела, в том числе лицами, чьи права и законные интересы нарушены в результате осуществления (неосуществления) государственной регистрации, в течение трех лет с даты осуществления (неосуществления) регистрирующим органом государственной регистрации.

В п. 26 Положения о государственной регистрации предусмотрено, что государственная регистрация субъектов хозяйствования, осуществленная на основании заведомо ложных сведений, представленных в регистрирующие органы, может быть признана недействительной по решению суда. При обнаружении оснований для признания недействительной государственной регистрации юридического лица органы КГК, прокуратуры, внутренних дел, государственной безопасности, налоговые и иные уполномоченные органы в пределах своей компетенции обращаются в суд с иском о признании государственной регистрации субъекта хозяйствования недействительной и взыскании полученных субъектом хозяйствования доходов в местный бюджет и иском о ликвидации (прекращении деятельности) субъекта хозяйствования.

Исходя из содержания п. 26 Положения о государственной регистрации с иском к субъекту хозяйствования, в отношении которого осуществлена государственная регистрация на основании заведомо ложных сведений, поданных в регистрирующий орган, вправе обращаться только уполномоченные органы, указанные в этом пункте.

В этой связи суд апелляционной инстанции сделал обоснованный вывод об отсутствии у истца права на подачу иска о признании недействительной государственной регистрации ЗАО «С», осуществленной на основании заведомо ложных сведений.

Относительно кредиторской задолженности в размере 12 012 руб. по договору аренды имущества имелось решение экономического суда г. Минска о взыскании этой суммы с ООО «П».

Таким образом, истцом как кредитором было реализовано право на взыскание указанной задолженности. В этой связи суд апелляционной инстанции правомерно исходил из того, что в рассматриваемом случае права и законные интересы истца не были нарушены в результате осуществления государственной регистрации ЗАО «С» и, следовательно, он не вправе обжаловать государственную регистрацию создания ЗАО «С» в соответствии с ч. 5 п. 24 Положения о государственной регистрации.

Кассационная инстанция также отметила, что представление в регистрирующий орган заведомо ложных сведений является отдельным основанием признания государственной регистрации недействительной.

(Дело № 460-16/2018/31А/257К)

Обстоятельства дела

Между ООО «А» (лизингодатель, истец) и ООО «С» (лизингополучатель, ответчик) были заключены договоры финансового лизинга. Исполнение обяза-тельств ООО «С» по этим договорам было обеспечено залогом недвижимого имущества.

Общее собрание участников ООО «С» приняло решение о реорганизации общества путем выделения из него ООО «П», утвержден разделительный баланс, в соответствии с которым обязательства ООО «С» по договорам финансового лизинга остались за ООО «С». Решением Мингорисполкома была произведена государственная регистрация ООО «П». После этого ООО «С» направило ООО «А» как кредитору уведомление о состоявшейся реорганизации.

ООО «А» обратилось в суд с исковым заявлением о признании государственной регистрации ООО «П» недействительной.

Позиция истца

В исковом заявлении о признании государственной регистрации ООО «П» недействительной, поданном в экономический суд г. Минска, истец ссылался на нарушение со стороны ответчика его прав кредитора при осуществлении реорганизации ООО «С».

По мнению истца, его права кредитора, предусмотренные в ст. 56 ГК, были нарушены несвоевременным уведомлением о реорганизации ответчика.

Это свидетельствует о том, что государственная регистрация ООО «П» была осуществлена на основании заведомо ложных сведений о соблюдении порядка создания юридического лица, а также о злоупотреблении правом при проведении реорганизации со стороны ООО «С».

Позиция судов первой, апелляционной и кассационной инстанций

Экономический суд г. Минска отказал истцу в удовлетворении иска о признании недействительной государственной регистрации ООО «П». Суды апелляционной и кассационной инстанций оставили это решение без изменения.

Основанием для отказа в удовлетворении исковых требований послужило то, что у истца отсутствовало право на оспаривание государственной регистрации ООО «П» по заявленному основанию, а также то, что истец не доказал факт нарушения своих прав кредитора оспариваемой государственной регистрацией.

В соответствии с п. 26 Положения о государственной регистрации по указанному в нем основанию (осуществление государственной регистрации на основании заведомо ложных сведений) требования о признании недействительной государственной регистрации субъектов хозяйствования могут заявлять указанные в этом пункте уполномоченные органы, к числу которых истец не относится.

Вывод судебных инстанций о недоказанности истцом нарушения его прав кредитора (в виде причинения ущерба) оспариваемой государственной регистрацией основан на том, что на момент осуществления государственной регистрации создания ООО «П» обязательства ООО «С» по договорам финансового лизинга в полном объеме были обеспечены залогом недвижимого имущества.

Судебные инстанции приняли во внимание, что задолженность ООО «С» перед истцом по указанным договорам была частично взыскана по решениям экономического суда г. Минска с ООО «С»,
в том числе путем обращения взыскания на предмет залога, а оставшаяся часть была погашена путем заключения соглашения об отступном между ООО «С» и истцом.

Кроме того, в соответствии с решениями экономического суда г. Минска по названным делам ООО «А» вправе требовать уплаты указанных в решениях денежных сумм не только с ООО «С», но и с солидарных ответчиков — ООО «В» и ООО «Б». При этом доказательств невозможности взыскания задолженности с солидарных ответчиков истец не представил.

Мнение автора:

1. Об обращениях в экономический суд на основании пп. 24 и 26 Положения о государственной регистрации.
Ряд вопросов, с которыми столкнулись истцы по вышеописанным судебным делам, в настоящее время уже разрешены в постановлении Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 20.12.2018 № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства при рассмотрении судами экономических дел, связанных с государственной регистрацией и ликвидацией (прекращением деятельности) субъектов хозяйствования» (далее — постановление № 10).
В экономический суд вправе обращаться:
1) в соответствии с ч. 5 п. 24 Положения о государственной регистрации — лица, чьи права и законные интересы были нарушены (а также иные лица, которым такое право предоставлено законодательными актами), с жалобой на осуществление (неосуществление) регистрирующим органом государственной регистрации субъекта хозяйствования, внесение изменений и (или) дополнений в учредительные документы юридического лица, изменений в свидетельство о государственной регистрации индивидуального предпринимателя.
В данном случае лицо, обращающееся в экономический суд, руководствуется положениями главы 25 ХПК, регулирующей производство по делам о проверке законности ненормативных правовых актов, действий (бездействия) государственных органов, органов местного управления и самоуправления, иных органов, должностных лиц (п. 6 постановления № 10). Заявитель (а не истец) подает заявление (а не исковое заявление) о признании недействительным ненормативного правового акта государственного органа либо заявление об обжаловании действий (бездействия) соответствующего органа или лица. Применительно к рассматриваемым случаям заявителям надлежало оформлять заявления о признании недействительным решения регистрирующего органа о государственной регистрации юридического лица;
2) в соответствии с п. 26 Положения о государственной регистрации — органы КГК, прокуратуры, внутренних дел, государственной безопасности, налоговые и иные уполномоченные органы в пределах своей компетенции с исками о признании государственной регистрации субъекта хозяйствования недействительной на основании представления в регистрирующий орган заведомо ложных сведений (с учетом характера допущенных нарушений, наличия ущерба, причиненного государственным и (или) имущественным интересам, гражданам и (или) юридическим лицам, а также иных обстоятельств). Кроме того, указанные лица подают также иски о взыскании в местный бюджет полученных субъектом хозяйствования — нарушителем доходов и о его ликвидации (прекращении деятельности).
В этом случае истец (уполномоченный орган) обращается в экономический суд с исковым заявлением о признании государственной регистрации субъекта хозяйствования недействительной (п. 6 постановления № 10). Исковое заявление оформляется по правилам, предусмотренным в ст. 159 и 160 главы 18 ХПК, регулирующей порядок предъявления иска.
Таким образом, обращения в экономический суд в обоих случаях регулируются различными нормами процессуального закона. Это означает, что смешение этих обращений путем объединения в единое исковое заявление (или заявление) недопустимо.
Кроме того, в пп. 24 и 26 Положения о государственной регистрации содержатся отличные друг от друга наименования лиц, которые вправе обращаться в экономический суд с вышеназванными заявлениями и исками.
Обращаться в экономический суд с иском на основании п. 26 Положения о государственной регистрации вправе только те лица, которые указаны в этом пункте. Теперь это четко и совершенно оправданно прописано в п. 12 постановления № 10.

2. Об обращениях кредиторов в экономический суд на основании ст. 56 ГК.
Согласно ст. 56 ГК реорганизуемое юридическое лицо или орган, принявший решение о реорганизации юридического лица, обязаны письменно уведомить об этом кредиторов реорганизуемого юридического лица (п. 1); кредитор реорганизуемого юридического лица вправе потребовать прекращения или досрочного исполнения обязательства, должником по которому является это юридическое лицо, и возмещения убытков (п. 2); если разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица, вновь возникшие юридические лица несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица перед его кредиторами (п. 3).
Из смысла положений ст. 56 ГК следует, что даже в случае несвоевременного уведомления либо неуведомления о реорганизации должника кредитор не теряет права предъявить должнику требование о прекращении или досрочном исполнении обязательства, предусмотренного заключенным договором. В случае неисполнения этого требования кредитор вправе обратиться в экономический суд с соответствующим исковым заявлением, не дожидаясь окончания срока действия обязательства должника или даты его наступления согласно договору. Ответчиками по такому иску в зависимости от обстоятельств могут быть должник, его правопреемник либо оба эти лица.
Отметим, что предъявление кредитором требования о прекращении или досрочном исполнении обязательства по договору, а равно факт его неисполнения должником согласно ГК не является препятствием для осуществления должником процедуры реорганизации. Вместе с тем при определенных условиях в соответствии с абз. 4 ч. 1 ст. 116 ХПК истец вправе ходатайствовать перед экономическим судом о приостановлении процедуры реорганизации до окончания судебного разбирательства в качестве меры по обеспечению иска.

3. О злоупотреблении правом при реорганизации юридического лица.
В обоих анализируемых нами судебных делах кредитор обвинял должника в злоупотреблении правом при осуществлении реорганизации. Основанием для такого обвинения служил вывод кредитора о том, что должник, манипулируя активами между «старым» и новым юридическими лицами, пытался сделать объективно невозможным исполнение своих обязательств по заключенным с кредитором договорам.
По нашему мнению, в позиции кредитора содержится противоречие, имеющее принципиальный характер. Данный вывод основан на следующем.
В ст. 9 ГК установлены пределы осуществления гражданских прав (границы свободы). В п. 1 данной статьи содержится, в частности, запрет на совершение лицом действий исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В п. 3 этой статьи закреплено, что лицу, вышедшему за установленные в п. 1 данной статьи пределы осуществления своих гражданских прав (злоупотребившему правом), суд может отказать в судебной защите его прав. При этом оно обязано восстановить положение лица, потерпевшего от злоупотребления, и возместить причиненный ущерб.
В ст. 79 ГК предусмотрены правила осуществления гражданских прав, а в ст. 1015 ГК — правила, применяемые в случае нарушения этих прав. Из такой конструкции статей главы 2 ГК, а также смысла положений ст. 9 ГК, по нашему мнению, следует вывод о том, что положения ст. 9 ГК применяются в тех случаях, когда лицо при осуществлении своих гражданских прав переходит пределы их осуществления (в частности, путем причинения вреда правам и законным интересам других лиц), однако при этом не допускает иных нарушений правил, предусмотренных законодательством, заключенным договором и тому подобным документом. Иными словами, злоупотребление правом не подразумевает прямого, непосредственного нарушения установленных норм и положений (за исключением, разумеется, тех, которые содержатся в ст. 9 ГК).
Применительно к анализируемым нами судебным делам это означает, что со стороны должника злоупотребление правом при осуществлении реорганизации будет иметь место тогда, когда он проведет ее без нарушения установленных в законодательстве и своих локальных нормативных правовых актах правил, однако при этом нанесет вред правам кредитора по взысканию задолженности по договору (в частности, путем непропорционального распределения активов и обязанностей между существующим и вновь созданным юридическими лицами). В этом случае кредитор вправе пресечь формально законные действия должника только в порядке, предусмотренном в ст. 9 ГК.
Если же должник нарушил какое-либо установленное правило (например, п. 1 ст. 56 ГК, содержащий обязанность по своевременному извещению кредиторов о принятии решения о реорганизации), то в таком случае кредиторы этого лица вправе использовать способы защиты нарушенных гражданских прав, предусмотренные в ст. 11 ГК и иных законодательных актах. Как мы указывали выше, такими способами могут быть, в частности, обращения в экономический суд с заявлением о признании недействительным решения регистрирующего органа о государственной регистрации юридического лица либо с исковым заявлением о понуждении должника к досрочному исполнению предусмотренного договором обязательства и возмещении убытков.
Применение ст. 9 ГК на практике требует правильной расстановки юридически значимых акцентов во избежание путаницы в применении тех или иных норм законодательства и смешения взаимоисключающих способов защиты гражданских прав.

ЭКСПЕРТНОЕ МНЕНИЕ: Владимир Скобелев, кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского процесса и трудового права Белорусского государственного университета,
арбитр Международного арбитражного суда при БелТПП

Из содержания ч. 1 п. 10 постановления № 10 усматривается, что дела, названные в ч. 5 п. 24 Положения о государственной регистрации (в том числе в случае нарушения интересов кредиторов в результате осуществления государственной регистрации субъектов хозяйствования, образованных при реорганизации должников), по общему правилу подлежат рассмотрению в соответствии с главой 25 ХПК. Такое разъяснение, скорее всего, обусловлено присутствием в ч. 5 п. 24 Положения о государственной регистрации выражения «могут быть обжалованы в суде, рассматривающем экономические дела».
Однако, во-первых, термин «обжалование» в отечественном законодательстве далеко не всегда удачно используется и, соответственно, требует буквального толкования. Например, п. 23 Положения о деятельности по распространению (предоставлению) правовой информации, утвержденного Указом Президента Республики Беларусь от 30.12.2010 № 712, предусматривает, что отказ Национального центра правовой информации в заключении договора, приостановление предоставления правовой информации, односторонний отказ от исполнения договора «могут быть обжалованы в суде». Несмотря на то что речь здесь идет об обжаловании, вполне очевидно: обращение в суд должно соответствовать исковой процедуре, а не правилам главы 25 ХПК.
Во-вторых, предъявление кредитором требования в порядке главы 25 ХПК никаких результатов ему не принесет. При рассмотрении дел в порядке главы 25 ХПК цель суда состоит в проверке правомерности действий административного органа, в нашем случае — действий по государственной регистрации юридического лица. Поскольку такая регистрация производится по заявительному принципу и на основании документов, за достоверность которых несет ответственность заявитель, а не осуществляющий регистрацию орган, установить в действиях последнего какое-либо нарушение и тем самым добиться отмены государственной регистрации субъекта хозяйствования — почти нереальная задача с практической точки зрения.
В-третьих, права кредитора нарушает не сама государственная регистрация (ведь, как показано выше, она всегда правомерна), а действия по созданию юридического лица, которые предшествовали его государственной регистрации и этой регистрацией были формально зафиксированы (закреплены). Не случайно поэтому ч. 5 п. 24 Положения о государственной регистрации указывает о нарушении прав и законных интересов лиц в результате осуществления государственной регистрации, но не самой государственной регистрацией как таковой. Следовательно, юридический конфликт у кредитора возник не с регистрирующим органом, а с субъектом, который произвел названные действия, то есть с принявшим решение о реорганизации должником.
Нет никаких сомнений в том, что конфликты между субъектами хозяйствования или, другими словами, споры о праве должны разрешаться в исковом судопроизводстве. Данный момент признает и Пленум Верховного Суда, указывая в п. 10 постановления № 10, что дела, названные в ч. 5 п. 24 Положения о государственной регистрации, подлежат рассмотрению в порядке главы 25 ХПК «при условии, что у лиц, участвующих в деле, отсутствует спор о праве. Спор о праве лиц, чьи права и законные интересы нарушены в результате осуществления государственной регистрации, разрешается в порядке искового производства». Проблема заключается лишь в том, что Пленум Верховного Суда не разъяснил, какого рода исковые требования допустимо предъявлять в таких случаях, а среди потенциальных заявителей исков упомянул только собственников имущества, учредителей (участников) реорганизованного юридического лица.
На наш взгляд, поскольку результат действий должника по реорганизации зафиксирован государственной регистрацией и отменить эти действия, не затрагивая самой регистрации, невозможно, соответствующий иск кредитора должен звучать как требование о признании недействительной государственной регистрации вновь созданного юридического лица (подобно тому как в делах о недействительности сделок в отношении недвижимого имущества всегда присутствует требование о признании недействительной государственной регистрации перехода прав на него).
При этом данные иски не тождественны искам, о которых идет речь в п. 26 Положения о государственной регистрации. Последние хоть и являются исками о признании государственной регистрации недействительной, однако связаны с нарушением интересов совсем другого, весьма специфического, субъекта —государства. Ведь представление для государственной регистрации субъекта хозяйствования заведомо ложных сведений противоречит не столько частным, сколько публичным (общим для всех субъектов права) интересам, олицетворением (выражением) которых выступает государство как гарант законности и правопорядка в стране.
Именно поэтому подача для государственной регистрации заведомо ложных сведений влечет столь суровые последствия (помимо признания регистрации недействительной еще и взыскание всего полученного от предпринимательской деятельности дохода в местный бюджет), а соответствующие иски могут быть предъявлены (и в этом плане нельзя не согласиться с позицией судебных инстанций, в том числе Пленума Верховного Суда) только узким кругом выступающих в интересах государства субъектов — органами Комитета государственного контроля, прокуратуры, внутренних дел, государственной безопасности и др.
Таким образом, иск кредитора о признании государственной регистрации недействительной представляет собой самостоятельное средство защиты, подпадающее под регулирование ч. 5 п. 24 Положения о государственной регистрации (как мы уже отмечали, термин «обжалование» в этой норме нельзя истолковывать буквально). Собственно, возможность предъявления таких исков допускает и Пленум Верховного Суда, так как из смысла п. 12 постановления № 10 следует, что подача заведомо ложных сведений является самостоятельным, но не единственным основанием для признания недействительной государственной регистрации юридического лица.
Полагаем, что свой иск кредитору нужно предъявлять одновременно против двух следующих субъектов: должника, принявшего решение о реорганизации (поскольку именно он является непосредственным нарушителем интересов истца), или его универсального правопреемника, если должник уже упразднен, и образованного в результате реорганизации нового юридического лица (так как вопрос о недействительности именно его государственной регистрации ставится перед судом). При этом в случае удовлетворения иска правовые последствия, предусмотренные ч. 3 п. 26 Положения о государственной регистрации (по крайней мере в части взыскания доходов в местный бюджет), на наш взгляд, не должны применяться.
Сложен вопрос об основании иска кредитора. Очевидно, вряд ли таковым может являться нарушение должником требования п. 1 ст. 56 ГК. Ведь получение кредитором уведомления о реорганизации само по себе нисколько не обеспечивает защиту его прав: ввиду скоротечности государственной регистрации кредитор, скорее всего, не успеет потребовать от должника исполнения его обязательства до момента образования нового юридического лица, а если и успеет, то нет никаких гарантий того, что до указанного момента должник исполнит свое обязательство добровольно и в полном объеме.
Думается, что основанием иска кредитора должен служить факт объективно несправедливого распределения активов должника при реорганизации, то есть такого распределения, которое делает исполнение должником обязательств перед кредитором затруднительным или даже вообще невозможным. Поскольку в настоящее время решение вопроса о распределении активов относится всецело к усмотрению реорганизуемого юридического лица, кредитору при обосновании иска целесообразно ссылаться на положения ст. 9 ГК, закрепляющей недопустимость злоупотреблений в ходе реализации гражданских прав.
В заключение отметим, что дела, предусмотренные ч. 5 п. 24 Положения о государственной регистрации, могут рассматриваться и в порядке главы 25 ХПК, но только в одном-единственном случае: если государственный орган отказал заявителю в регистрации. Во всех иных ситуациях — когда регистрация произошла — соответствующее дело будет неминуемо связано со спором о праве, а значит, будет требовать применения для его разрешения правил искового судопроизводства, установленных ХПК, в том числе требовать предъявления искового притязания о признании государственной регистрации недействительной.

Последнее
по теме