Ненадлежащее исполнение обязательств продавца по поставке товара: практика иностранных и арбитражных судов

Основным видом гражданско-правового обязательства, оформляющего отношения в рамках международного торгового оборота, является договор международной купли-продажи товаров, по которому продавец должен поставить покупателю товар, соответствующий всем требованиям контракта. Однако, как показывает практика иностранных и арбитражных судов, не всегда поставка товара, не соответствующего данным требованиям, свидетельствует о ненадлежащем исполнении продавцом своих обязательств.

Функ Ян

Председатель Международного арбитражного суда при БелТПП, д.ю.н., профессор БГУ

Перерва Инна

Кандидат юридических наук, начальник информационно-консультационного центра МАС при БелТПП

Пункт 2 ст. 35 Венской конвенции устанавливает 4 следующих основания признания товара не соответствующим требованиям договора международной купли-продажи: непригодность товара для тех целей, для которых товар того же описания обычно используется; непригодность товара для любой конкретной цели, о которой продавец прямо или косвенно был поставлен в известность во время заключения договора; отсутствие качеств товара, представленного продавцом покупателю в качестве образца или модели; нетарирование или неупаковка товара обычным для таких товаров способом, а при отсутствии такового — способом, который является надлежащим для сохранения и защиты данного товара.

Одним из важнейших составляющих договора международной купли-продажи товаров является обязательство между продавцом и покупателем, согласно которому продавец является должником, а покупатель — кредитором, и существо которого заключается в том, что продавец обязан поставить покупателю товар, который по ассортименту, количеству, комп­лектности и качеству полностью соответствует требованиям договора, а кроме того, упакован и затарирован так, как этого требует договор или обычная практика поставки товара, предусмотренная договором. 

Описанная выше обязанность продавца нашла надлежащую регламентацию как в национальных правовых системах большинства государств мира, так и в международном праве. Применительно к последнему, безусловно, следует назвать ст. 35 базовой международной публичной унификации в данной сфере — Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров (далее — Венская конвенция). 

Необходимо отметить, что согласно п. 1 ст. 35 Венской конвенции продавец должен поставить товар, который по количеству, качеству и описанию соответствует требованиям договора и который затарирован или упакован так, как это требуется по договору. В п. 2 указанной статьи регламентируются 4 основания признания товара не соответствующим требованиям договора, на которых мы остановимся более подробно.

Основания несоответствия товара договору

В подп. «a» п. 2 ст. 35 Венской конвенции в качестве первого основания несоответствия товара договору названа непригодность товара для тех целей, для которых товар того же описания обычно используется.

Таким образом, Венская конвенция указывает на то, что продавец должен точно понимать обычные цели применения того или иного товара, то есть цели, для которых товар такого вида предназначен, и не осуществлять поставку товара, если он не соответствует общему назначению, указанному в качестве предмета договора. 

Вторым основанием несоответствия товара договору, как следует из комментируемых положений Венской конвенции, является непригодность товара для любой конкретной цели, о которой продавец прямо или косвенно был поставлен в известность во время заключения договора. Иными словами, если покупателю удастся представить доказательства того, что он приобретал товар не исходя из широкой цели применения товара такого вида, а в силу узкой конкретной цели и товар был предназначен исключительно для данной цели (первый фактор), и при этом он также докажет, что продавец знал о данном обстоятельстве покупателя (второй фактор) и, несмотря на это, поставил товар без учета указанных выше обстоятельств (третий фактор), то с точки зрения Венской конвенции товар не соответствует договору. Правда, из описанного правила несоответствия товара договору существует исключение, изложенное в подп. «b» п. 2 ст. 35 Венской конвенции. Речь идет о том, что приведенное выше основание не применяется, несмотря даже на наличие отмеченных нами факторов, в случае, когда из обстоятельств следует, что покупатель не полагался или что для него было неразумным полагаться на компетентность и суждения продавца.

Таким образом, Венская конвенция допускает, что продавец считается надлежащим образом исполнившим взятые на себя обязательства по поставке товара даже в тех случаях, когда он поставил товар, непригодный для той конкретной цели, которая интересовала покупателя, но при этом может доказать, что он не компетентен в определении существа этой узкой цели (первый аспект), а также что покупатель тоже знал или должен был знать, что продавец не компетентен в существе узкой цели предназначения товара, которая интересовала покупателя (второй аспект). 

Третье основание несоответствия товара договору, определенное в подп. «c» п. 2 ст. 35 Венской конвенции, указывает на то, что товар не обладает качествами товара, представленного продавцом покупателю в качестве образца или модели. Иными словами, если товар не соответствует по каким-либо параметрам образцу (модели), по которому товар и был выбран для приобретения покупателем, то поставка такого товара означает ненадлежащее исполнение продавцом взятых на себя обязательств по договору. 

И наконец, четвертое основание несоответствия товара договору — это нетарирование или неупаковка товара обычным для таких товаров способом, а при отсутствии такового — способом, который является надлежащим для сохранения и защиты данного товара. Иными словами, нарушение требований по таре и упаковке товара с позиций Венской конвенции означает нарушение требования по поставке надлежащего товара, так как в определенных случаях ненадлежащая тара (упаковка), безусловно, приводит к нарушению целостности товара и его ненадлежащему качеству (подп. «d» п. 2 ст. 35 Венской конвенции). 

Таков закрытый перечень оснований несоответствия товара требованиям договора в силу Венской конвенции с учетом, правда, того обсто­ятельства, что, как отмечалось выше, для того, чтобы поставка товара была надлежащей, необ­ходимо, чтобы он по количеству, качеству и описанию соответствовал требованиям договора и при этом был затарирован или упакован так, как это предусмотрено договором. Естественно, несоблюдение указанных требований, а точнее, хотя бы одного из них также приводит к признанию товара не соответствующим требованиям договора. 

При этом в п. 3 ст. 35 Венской конвенции предусматривается изъятие из описанных выше оснований несоответствия товара требованиям договора, суть которого заключается в том, что продавец не несет ответственности за любое несоответствие товара, если он докажет, что во время заключения договора покупатель знал или не мог не знать о таком несоответствии. Иными словами, если продавец на стадии заключения договора ставил в известность покупателя об определенных свойствах поставляемого товара и может доказать это обстоятельство, то даже если покупатель не придал этому необходимого значения на стадии заключения договора, но понимал или должен был понимать его влияние на существо поставляемого товара, то это освобождает продавца от ответственности за поставку ненадлежащего товара. 

Такова общая регламентация обязанности продавца по поставке надлежащего товара в свете положений ст. 35 Венской конвенции. Для более точного понимания сути указанных положений рассмотрим примеры из практики применения вышеназванной статьи международными арбитражными и иностранными государственными судами. 

Практика иностранных судов 

Судебный спор № 1

Суд первой инстанции провинции Сарагоса (Испания) рассмотрел спор между бельгийским продавцом (истец) и испанским покупателем (ответчик), возникший из договора международной купли-продажи свежих и замороженных свиных окороков (Дело № 1036, A/CN.9/ser.c/abstracts/115, 16 февраля 2011 г.).

Товар был поставлен истцом и принят ответчиком. В исковом заявлении продавец заявил требование о взыскании с являющегося ответчиком покупателя задолженности за товар. 

Покупатель — ответчик представил возражения по существу исковых требований, которые касались качества поставленного истцом товара. В частности, он утверждал, что к товару, предназначенному для перепродажи в качестве вяленой свинины, предъявлялись определенные требования относительно веса и содержания жира, хотя данные требования не были четко зафиксированы в положениях заключенного сторонами договора. 

Выполнение истцом обязательств по поставке товара суд оценивал на основании положений ст. 35 Венской конвенции, исходя из того, что поставленный истцом товар должен был быть пригодным для целей ответчика, то есть для реализации в качестве вяленой свинины. Вместе с тем, основываясь на подп. «b» п. 2 ст. 35 Венской конвенции, суд исследовал то обстоятельство, был ли во время заключения договора выступающий в качестве истца продавец прямо или косвенно поставлен в известность о данной цели. 

Проанализировав материалы дела, суд пришел к выводу о том, что истцу не была известна цель использования товара вплоть до момента возникновения проблем, связанных с товаром, и, соответственно, на истца не может быть возложена ответственность за несоблюдение таких требований. Кроме того, в ходе производства по делу было установлено, что сначала, в течение нескольких месяцев, товар был подвергнут процессу переработки и лишь после этого ответчик заявил о наличии трудностей, касающихся реализации части товара.

В связи с изложенным возник вопрос о возможности применения ст. 38 и 39 Венской конвенции относительно того, что покупатель — ответчик утрачивает право ссылаться на несоответствие товара, если он не дает продавцу — истцу извещение, содержащее данные о характере несоответствия, в разумный срок после того, как оно было или должно было быть обнаружено покупателем.

По мнению суда, ответчик не доказал, что он в полной мере выполнил требования, содержащиеся в ст. 38 и 39 Венской конвенции. 

Судебный спор № 2

Аналогичный подход к применению ст. 35 Венской конвенции имеет место и в нижеприведенном примере. 

Районный суд г. Сеул 05.12.2008 вынес решение по спору, возникшему из договора международной купли-продажи одежды между корейской компанией, выступившей в качестве истца, и являющейся ответчиком испанской компанией ( дело № 1284, A/CN.9/ser.c/abstracts/134, 26 августа 2013 г.).

Ссылаясь на то, что полученные от ответчика образцы материалов не соответствуют согласованным требованиям, истец заявил о расторжении договора, приобрел товар у другого покупателя и предъявил иск о возмещении разницы в цене на основании п. 1 ст. 35, ст. 49 и 75 Венской конвенции.

Суд отказал в удовлетворении исковых требований, так как истец не представил достаточных доказательств наличия особых требований к качеству материала согласно п. 1 ст. 35 Венской конвенции, а также доказательств того, что товар не пригоден для тех целей, для которых товар того же описания обычно используется (подп. «а» п. 2 ст. 35 Венской конвенции). 

Судебный спор № 3

Верховный федеральный суд Германии в деле № 774 также анализировал непригодность товара для целей, для которых товар того же описания обычно используется, в рамках разрешения спора, возникшего из договора международной купли-продажи свинины между покупателем, являющимся субъектом права Германии, и продавцом — субъектом права Бельгии. Товар должен был поставляться партиями в Боснию и Герцеговину  (A/CN.9/ ser.c/abstracts /74, 18 апреля 2008 г.).

В связи с подозрением того, что товар заражен диоксином, и непредставлением медицинского сертификата, который подтверждал бы обратное, в Германии, Бельгии, Боснии и Герцеговине были вынесены постановления о том, что свинина не подлежит сбыту. Вследствие этого поставленный по данному договору товар был изъят и уничтожен таможенными органами. 

Выступивший в качестве истца продавец полагал, что покупатель — ответчик должен оплатить оставшуюся часть товара, так как была произведена только частичная оплата. 

Верховный федеральный суд Германии в своем решении отметил, что в контексте подп. «а» п. 2 ст. 35 Венской конвенции «в международной оптовой и посреднической торговле возможность перепродажи (оборачиваемости) товара является одним из аспектов пригодности для целей обычного использования». Что же касается перепродажи пищевых продуктов, то таковые, по крайней мере, не должны причинить вред здоровью человека. 

Практика арбитражного суда

Суть спора. 01.09.2011 Международный арбитражный суд при БелТПП (далее — МАС) вынес решение по делу № 950/56-10 по иску фирмы «А» (Венгрия) к акционерному обществу «Б» (Республика Беларусь) (далее — АО «Б») о взыскании 19 122,88 евро и по встречному иску АО «Б» к фирме «А» о взыскании 2189,25 евро. 

24.04.2009 стороны заключили контракт, в соответствии с которым АО «Б» (продавец) обязалось передать в собственность фирме «А» (покупатель) товар (древесные брикеты из опилок), количество и качество которого указано в спецификации (приложениях, дополнениях) к контракту, являющейся его неотъемлемой частью. Цель приобретения товара — для вывоза в страны Европейского союза по разнарядке покупателя для отдельно взятой партии. Условия поставки товара предусмотрены п. 3 контракта — полная загрузка фуры FCA (Incоterms 2000). Качество отдельной партии товара должно соответствовать требованиям, согласованным для данной партии, и указывается в приложении и уведомлении к контракту, являющихся его частью.

Как было указано в исковом заявлении, при отгрузке товара АО «Б» был допущен ряд нарушений договорных обязательств, среди которых были названы нарушения правил упаковки товара, а также превышение установленных норм радиоактивности товара, в результате чего товар и перевозивший его автомобиль были задержаны таможенными службами Италии.

10.01.2010 итальянский суд принял решение о возврате товара поставщику, которое было исполнено фирмой «А», так как АО «Б» устранилось от решения вопроса о возврате товара. Товар был доставлен на склад временного хранения в пункт таможенного оформления. 

В связи с нарушением АО «Б» своих договорных обязательств и норм Венской конвенции фирма «А» просила взыскать с АО «Б» понесенные расходы, общая сумма которых составила 19 122,88 евро. В свою очередь, АО «Б» заявило встречный иск к фирме «А» о взыскании 2 189,25 евро. 

Позиции сторон 

Фирма «А» (истец) указала, что при таможенном досмотре и дозагрузке было выявлено, что в связи с нарушением АО «Б» правил поставки товара две европаллеты весом 1 920 кг оказались негодны к употреблению и их пришлось заменить, а при доставке товара конечному потребителю в Италию было установлено, что радиоактивность поставляемого товара более чем в 3 раза превышает установленные нормы.

Как полагала фирма «А», вышеуказанные нарушения явились причиной несения покупателем дополнительных расходов на общую сумму 19 122,88 евро, включающих в себя, в частности, 538,21 евро — расходы, связанные с заменой поврежденного груза. Остальная сумма состояла из расходов на проведение независимой радиологической экспертизы; расходов, связанных с простоем, перевозкой и возвратом груза продавцу; расходов по оплате услуг адвоката в Италии и по таможенному оформлению возврата груза и др. (далее — сопутствующие расходы). 

Обосновывая свои исковые требования в части взыскания 538,21 евро расходов, связанных с заменой поврежденного груза, фирма «А» сослалась на то обстоятельство, что АО «Б» несет ответственность за повреждение двух поддонов (паллет) с товаром. 

Со своей стороны АО «Б» предъявило встречный иск к фирме «А» на сумму 21 89,25 евро, которая включает задолженность по оплате поставленной в соответствии с контрактом партии товара в количестве 24,04 т на сумму 2 027,52 евро и неустойку в сумме 162,17 евро, составляющую 8 % от стоимости поставленного товара в соответствии с п. 7.3 контракта.

АО «Б» оспаривало утверждение о своей ответственности за повреждение двух поддонов (паллет) с товаром, указав, что с момента загрузки товара за его сохранность отвечает перевозчик, водитель которого подписал акт загрузки, не заявив никаких претензий к упаковке товара, а сама загрузка осуществлялась по схеме водителя перевозчика и под его руководством. АО «Б» полагало, что «повреждение груза произошло в пути по вине водителя перевозчика, который нарушил правила закрепления груза крепежными лентами, одной лентой закрепил по два поддона, на замечания о необходимости закрепления каждого поддона в отдельности не отреагировал. При резком торможении или резком повороте произошло смещение груза».

Решение суда

Исследовав материалы дела, относительно доводов фирмы «А» о превышении допустимых параметров радиоактивности постав­ленного товара состав суда пришел к следующим выводам.

Из материалов дела не следовало, что АО «Б» знало или должно было знать о необходимости соответствия поставляемого товара определенным требованиям по уровню содержания радиоактивных материалов (цезия). В самом контракте не содержалось правил о каких-либо особых условиях или особенностях поставки товара в зависимости от того, в какое именно государство Евросоюза фирма «А» в дальнейшем имеет намерение отправить полученные от АО «Б» брикеты из древесных опилок.

По мнению состава суда, сама фирма «А», отправив товар конечному потребителю в Италию, не знала нормативы радиационной безопасности, действующие в этой стране, так как в исковом заявлении указала: «В дальнейшем, при доставке товара конечному потребителю, было установлено, что его (товара) радиоактивность более чем в 3 раза превышает установленные нормы». Данное утверждение касалось именно норм радиационной безопасности, действующих в Италии, так как до этого товар был пропущен через границы по крайней мере двух государств — Беларуси и Венгрии и фирма «А» не сообщила составу суда о каких-либо затруднениях, связанных с пересечением товаром границ указанных государств.

Из материалов дела и объяснений представителей фирмы «А» следовало, что при поставке товара по контракту (в том числе и спорной партии) АО «Б» руководствовалось значениями показателей удельной активности радионуклеидов, установленными нормативными актами Республики Беларусь. Состав суда констатировал отсутствие в материалах дела доказательств достижения сторонами спора какого-либо конкретного соглашения о предельных нормах радиоактивных материалов, которые могли бы содержаться в поставляемом товаре при спорной поставке. Подобные указания не имелись ни в контракте, ни в том приложении к нему, на основании которого осуществлялась спорная поставка. 

В то же время судом было установлено, что спорная партия товара отвечала требованиям радиационной безопасности Республики Беларусь, о чем свидетельствовали имеющиеся в материалах дела акт от 24.05.2010 о передаче данного товара после его возврата в Республику Беларусь для реализации на основании решения комиссии по работе с имуществом, обращенным в доход государства, и паспорт радиационной безопасности от 25.06.2009, выданный АО «Б» на аналогичный товар, ранее поставлявшийся в адрес фирмы «А». Согласно данному документу содержание цезия-137 было указано «в пределах не более 412+-103 Бк/кг», что соответствует нормативам Республики Беларусь. 

Таким образом, по мнению состава суда, даже если уровень содержания цезия в поставленном товаре превышал нормы, допустимые на территории Италии, это не свидетельствует ни о непригодности товара для тех целей, для которых он обычно используется (подп. «а» п. 2 ст. 35 Венской конвенции), ни о непригодности товара для любой конкретной цели, о которой продавец прямо или косвенно был поставлен в известность во время заключения договора (подп. «b» п. 2 ст. 35 Венской конвенции), поскольку:

1) сторонами не достигнуто конкретного соглашения о предельном уровне содержания цезия в товаре, поставка которого является предметом спора; 

2) содержание цезия в поставленном товаре соответствовало требованиям актов законодательства Республики Беларусь; 

3) АО «Б» не знало и по обстоятельствам дела не обязано было знать, что поставляемый товар подлежал в конечном итоге поставке на территорию Италии, и, соответственно, не обязано было обеспечивать соответствие уровня содержания цезия в товаре нормативам, действующим в Италии. 

При таких обстоятельствах состав суда пришел к выводу о том, что фирма «А» не доказала, что АО «Б» было уведомлено им о тех требованиях, которым должна отвечать партия товара, поставляемая в Италию, поэтому возлагать на продавца ответственность за понесенные фирмой «А» расходы, связанные с возвратом товара, нет оснований. 

Таким образом, суд отказал во взыскании в пользу фирмы «А» сопутствующих расходов, поскольку АО «Б» не допустило неисполнения или ненадлежащего исполнения условий контракта, на которые ссылалась фирма «А».

По вопросу повреждения двух европаллет суд установил следующее.

В материалах дела имелся акт загрузки товаров в транспортное средство (контейнер) с датой загрузки 29.06.2009, подписанный уполномоченным лицом перевозчика. В указанном акте ни представителем перевозчика, ни отправителем АО «Б» не сделано никаких замечаний относительно состояния упаковки или крепления груза.

Состав суда указал, что обязанность по обеспечению надлежащей упаковки товара возлагалась согласно договору на продавца (АО «Б»), который в соответствии с п. 4.1 контракта обязан был поставить товар согласованных размеров согласно параметрам, указанным в спецификации. 

В представленном фирмой «А» по первоначальному иску коммерческом акте, составленном 03.07.2009 с участием эксперта по таможенному складу, водителя автомобиля и представителя фирмы «А», утверждается, что «два поддона из-за отсутствия упаковочной пленки развалились, повреждены полностью упаковки». При таких обстоятельствах ссылка АО «Б» на нарушение правил крепления груза перевозчиком не была принята составом суда во внимание. 

Фирма «А» указала, что ее расходы, связанные с заменой поврежденного груза, составили 538,21 евро, однако не представила доказательств, подтверждающих факт несения этих расходов и их размер. 

Таким образом, в связи с тем, что наличие и размер данных расходов не были доказаны фирмой «А», у состава суда не было оснований для взыскания указанной суммы с АО «Б». Соответст­венно, во взыскании 538,21 евро расходов, связанных с заменой поврежденного груза, фирме «А» также было отказано. Требования же АО «Б» о взыскании с фирмы «А» основного долга и неустойки за просрочку в оплате поставленного товара были удовлетворены судом в полном объеме.

Последнее
по теме