Споры в области экономической несостоятельности (банкротства)

Отказ в возбуждении уголовного дела и субсидиарная ответственность

Привлечение к уголовной ответственности не является определяющим для привлечения физического лица к субсидиарной ответственности.

Обновлено

Дело № 42-5/2017/448А/1427К

Кассационная инстанция оставила без изменений постановления нижестоящих инстанций о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя ООО по долгам предприятия, возникшим в результате взыскания налогов и пеней по решениям ИМНС в связи с заключением и исполнением обществом сделок с организациями, имеющими признаки лжепредпринимательских структур.

Экономический суд города Минска решением от 13.03.2018, оставленным в силе постановлением апелляционной инстанции этого суда от 18.04.2018, взыскал с Л. в пользу ООО «Л» 95 641,09 рубль в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Л», а также 3 329,23 рублей государственной пошлины в доход республиканского бюджета.

Л. обратился с кассационной жалобой на указанные судебные постановления, в которой просил их отменить и направить дело на новое рассмотрение.

ООО «Л» было зарегистрировано в ЕГР решением Мингорисполкома от 11.05.2009. Участниками общества являются: Л., П., Х., К. Директором с 03.03.2009 по 06.07.2016 являлся Л.

По заявлению ИМНС экономический суд города Минска определением от 06.07.2016 возбудил производство по делу о банкротстве и открыл в отношении ООО «Л» конкурсное производство с применением упрощенной процедуры банкротства отсутствующего должника. Антикризисным управляющим (управляющим) был назначен ИП Ш. Решением суда от 04.11.2016 ООО «Л» было признано банкротом, в отношении него открыто ликвидационное производство.

В реестр требований кредиторов на дату вынесения решения были включены требования восьми кредиторов, остаток непогашенной задолженности перед которыми составил 95 431,09 рублей, в том числе 87 630,97 рублей перед налоговым органом. Погашение кредиторской задолженности произведено не было ввиду отсутствия у предприятия имущества и денежных средств.

Указанная задолженность образовалась в результате вынесения решений ИМНС:

— от 06.05.2015 по результатам рассмотрения акта проверки должника от 03.04.2015 за период с 11.05.2009 по 31.01.2015. Согласно этого акта проверки основанием для доначисления налогов и пеней явилось, в том числе, взаимодействие с субподрядчиком ЧП «З», имеющим признаки лжепредпринимательской структуры. Решение от 06.05.2015 никем, в том числе Л., не обжаловалось.

от 30.06.2016, которым внесены изменения и дополнения в решение от 06.05.2015, в результате чего с ООО «Л» взыскано 31 897,85 рублей, в том числе 16 300,40 рублей налогов, 15 597,49 рублей пени. Данное решение вынесено в связи с поступлением информации из ГМО №3 УДФР КГК Республики Беларусь по Минской области и г.Минску от 05.03.2016 о фактах взаимодействия ООО «Л» в январе — июне 2012 года с ООО «М», имеющим признаки лжепредпринимательской структуры.

— от 27.10.2016 по результатам проведенной в рамках дела о банкротстве проверки с ООО «Л» взыскано 47 273,12 рубля налогов и пени (акт проверки от 03.10.2016). В связи с непредоставлением документов проверка была проведена на основании сведений о движении денежных средств по расчетным счетам общества за период с 01.01.2015 по 30.09.2016. При этом, хотя указанная задолженность была доначислена в октябре 2016 года, возникла она в связи с действиями ответчика, допущенными ещё в 2015 году, когда Л., согласно данным им 28.03.2016 в ходе проверки УДФР объяснениям, в нарушение установленного законодательством запрета уничтожил бухгалтерские документы общества.

В этой связи управляющим по делу о банкротстве был заявлен иск к Л., как руководителю, о привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Л» на основании части 2 пункта 3 статьи 52 ГK Республики Беларусь и части 2 статьи 11 Закона Республики Беларусь «Об экономической несостоятельности (банкротстве)».

Заявления в суд о признании недействительными решений ИМНС от 30.06.2016 и от 27.10.2016 были поданы Л. уже после предъявления к нему иска о привлечении к субсидиарной ответственности и оставлены без удовлетворения решениями экономического суда города Минска от 15.03.2017 и от 16.10.2017. При этом Л. при обжаловании приводил в основном доводы о процессуальных нарушениях и фактически не оспаривал сам факт неосуществления хозяйственных операций (не привёл никаких доказательств их осуществления), а также так и не представил документы о финансово-хозяйственной деятельности должника и не принял мер по их восстановлению.

Удовлетворяя исковые требования в полном объеме, суд первой инстанции исходил из того, что в результате умышленных действий директора ООО «Л» Л., связанных с заключением и исполнением договоров с ЧП «З» и ООО «М» (обладающих признаками «лжепредпринимательской» организации), обществу были доначислены значительные суммы налогов и штрафных санкций, что привело к его банкротству.

Данные выводы суда первой инстанции поддержал и суд апелляционной инстанции, оставив решение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь согласилась с выводами судов обеих инстанций о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований на основании следующего.

Собранными по делу доказательствами подтверждается наличие со стороны Л., как руководителя общества, умышленных виновных действий, допущенных при принятии к бухгалтерскому учёту ООО «Л» первичных учётных документов, не имеющих юридической силы, а также при уничтожении документов о финансово-хозяйственной деятельности общества, в результате чего ООО «Л» были доначислены к уплате налоги и пени, что и повлекло банкротство общества.

Довод Л. о неправомерности привлечения его к субсидиарной ответственности ввиду наличия постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела кассационная инстанция сочла несостоятельным, поскольку для установления судом вины в действиях конкретных физических лиц, повлекших банкротство юридического лица, наличие факта привлечения их к уголовной ответственности за совершенное деяние не является определяющим. При рассмотрении иска о привлечении к субсидиарной ответственности в каждом случае суд устанавливает наличие в действиях ответчика вины (умысла) с учётом норм статьи 372 ГК, исходя из фактических обстоятельств дела. Согласно статье 372 ГК гражданско-правовая ответственность может наступать при наличии умышленной вины независимо от формы умысла. Кроме того, суд апелляционной инстанции обоснованно указал, что из имеющихся в материалах дела постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела по фактам доначисления налогов и пени обществу усматривается, что Л. не опрашивался по обстоятельствам взаимодействия ООО «Л» с ООО «М» и ЧП «З».

Доводы кассационной жалобы о том, что у ООО «Л» имелась дебиторская задолженность в значительном размере, были также признаны кассационной инстанцией несостоятельными по следующим основаниям. Факт банкротства ООО «Л» подтверждается решением суда от 04.11.2016. В ходе рассмотрения дела о банкротстве антикризисным управляющим, несмотря на предпринятые меры, так и не было выявлено имущество должника, не была подтверждена документально значительная часть дебиторской задолженности. Установленная управляющим дебиторская задолженность в размере 295,10 рублей списана решением собрания кредиторов от 05.12.2017, и данное решение никем не обжаловалось. Действия управляющего по соответствующим вопросам в установленном законодательством порядке ответчиком не обжаловались.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что документы первичного бухгалтерского учета, признанные налоговым органом не имеющими юридической силы, подписывались П., были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку в проверяемый период Л. являлся директором ООО «Л», именно на него были возложены обязанности организовать ведение бухгалтерского учета, составление отчетности, хранение первичных учетных документов, регистров бухгалтерского учета, отчетности, других документов, связанных с ведением бухгалтерского учета и составлением отчетности. Кроме того, доводы Л. о том, что с лжепредпринимательскими структурами взаимодействовал только П., опровергаются судебными постановлениями.

Комментарий редакции:
Выводы суда в очередной раз подтверждают, что по делам, в которых на горизонте маячит субсидиарная ответственность, нужно действовать своевременно: в данном случае негативную роль сыграло то, что решения ИМНС по актам проверки были обжалованы уже после подачи иска о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности, а также то, что не контролировались и не обжаловались действия управляющего в деле о банкротстве.

Последнее
по теме